PERM UNIVERSITY HERALD. SERIES “PHILOSOPHY. PSYCHOLOGY. SOCIOLOGY”

VESTNIK PERMSKOGO UNIVERSITETA. SERIYA FILOSOFIA PSIKHOLOGIYA SOTSIOLOGIYA

Englsih version of the article

УДК 159.9:398.3

DOI: 10.17072/2078-7898/2016-3-107-114

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ФАКТОРЫ СУЕВЕРНОСТИ У МОЛОДЕЖИ

Андрюшкова Надежда Петровна
аспирант кафедры психологии

Донецкий национальный университет,
Украина, 83001, Донецк, ул. Университетская, 24;
e-mail: andruchkova@rambler.ru

Статья посвящена анализу феномена суеверия. Описаны основные подходы изучения суеверий и различные взгляды в психологических концепциях на его природу. Сделана попытка сопоставления суеверия как психологического феномена и суеверности как психологического свойства. Актуальность темы обусловлена возросшей экономической и социальной нестабильностью, в связи с чем у людей появляется все чаще склонность к суеверно-ритуальной деятельности, что характерно для суеверности, которую можно определить как свойство личности, определяющее веру в сверхъестественное и необъяснимое. Это характерно в том числе и для молодежи. Проведено исследование, в котором участвовали 100 студентов разных специальностей, от 18 до 22 лет, которые на основе специально разработанной анкеты были разделены на три группы — с высоким, средним и низким уровнем суеверности. Представлены результаты исследования: сопоставлены психологические особенности личности и их связи с уровнем суеверности. Даются предположения о факторах и механизмах, которые могут влиять на уровень суеверности в данной возрастной группе.

Ключевые слова: суеверия, суеверность, тревожность, защитный механизм, мышление, религиозность.

Слово «суеверие» означает ложную веру во что-либо (от древнеславянского «суе» или «всуе» — напрасно, тщетно). В словаре Даля суеверие определяется как ошибочное, пустое, вздорное, ложное верование во что-либо; вера в чудесное, сверхъестественное, в ворожбу, гадания, в приметы, знамения [1].

Часто авторы рассматривают суеверия как продукт дологического мышления. В рамках такого подхода суеверия трактуются как способ понимания необъяснимого и неизведанного с помощью упрощения познания, без опоры на какие-либо научные доказательства. По мнению Л. Леви-Брюля и К. Леви-Стросса, суеверия как разновидность коллективных представлений возникают посредством передачи от поколения к поколению, в основе их — механизмы внушения, заражения и подражания. Суеверия носят в значительной мере императивный характер: они воспринимаются индивидом почти автоматически, навязываются, слабо поддаются критике. В суевериях смешаны когнитивные элементы с эмоциональными переживаниями, вызванными явлениями окружающего мира.

Ряд авторов рассматривают суеверия как регулятор поведения и деятельности человека. Дж. Блэйк и С. Фредерик определяют суеверия как сфокусированность на элементах поведения, которые повторяемы, последовательны, и которые, как верят люди, обладают силой в управлении удачей и другими факторами жизни [4].

Суеверия рассматривают как элемент, чаще появляющийся в кризисные моменты общества. Как отмечает Б.С. Положий, любая общественная нестабильность может повлечь кризис идентичности, так как человек может быть плохо приспособлен к быстро меняющимся условиям жизни. Один из вариантов кризиса идентичности отмечается автором как «магический» и проявляется в бурном всплеске интереса к мистическому, необъяснимому; деятельность человека направляется на поиск истины и разгадок тайн бытия. Помимо этого в условиях нестабильности и кризиса усиливается идентификация личности с группой (семьей, родом, этносом). Такая идентификация выполняет функцию психологической защиты личности и помимо прочего может реализовываться в суеверно-ритуальных действиях [2].

В.И. Лебедев, отмечая психологические факторы суеверного поведения, выделяет базовые из них: страх смерти, одиночества, чувство бессилия. Данные факторы усиливаются при экономической нестабильности и упадке культуры. В результате усиливается внушаемость человека, которая лежит в основе мистицизма [3].

Суеверия могут выполнять функцию способа психологической защиты. Когда человек испытывает тревогу, беспокойство, напряжение, он обращается к суевериям, как некоторым ритуальным техникам, которые были переданы предками или, возможно, созданы самостоятельно. С помощью суеверно-ритуальной деятельности человек достигает внутренней сбалансированности и снижения уровня тревожности.

Проявление тревоги может быть важным элементом адаптивного процесса. Однако если тревога чрезмерна и носит социальный характер, то она, наоборот, тормозит адаптивные возможности.

Наблюдаемое в последние годы распространение мистицизма и суеверности является прямым следствием усиления социальной, экономической и духовной нестабильности, вынуждающей прибегать при чувствах тревоги и бессилия к защите сверхъестественных и таинственных сил.

Суеверие мы понимаем как установку на восприятие явлений окружающей действительности, заключающуюся в усмотрении причинно-следственных связей при отсутствии объективно фиксируемых зависимостей между этими явлениями. В качестве установки суеверие включает в себя аффективный, когнитивный и поведенческий компоненты. Суеверные представления реализуются в особой суеверно-ритуальной деятельности, направленной на защиту от предполагаемых опасностей и овладение желаемыми благами.

Таким образом, мы можем рассматривать суеверия как социально-психологический феномен. Однако, будучи усвоенным человеком, данный феномен становится психологическим свойством личности, и мы можем рассматривать это как суеверность. В отличие от суеверий суеверность выступает как свойство личности, определяющее отношение к суевериям и веру в сверхъестественное и необъяснимое, использование ритуалов, примет, поверий и др.

Поскольку в юношеском возрасте происходит становление мировоззрения и формируется отношение к окружающей действительности, идет поиск личностных смыслов, то изучение особенностей проявлений суеверности в этом возрасте имеет особую актуальность.

С целью изучения факторов, обуславливающих суеверность в молодежной среде, нами было проведено исследование на базе Донецкого национального университета.

Выборку составили 100 студентов математических, экономических и психологической специальностей. Выборка была составлена так, чтобы в нее были включены лица, получающие образование в области как «точных», так и гуманитарных, социальных наук. Таким способом мы нейтрализовали возможное влияние на уровень суеверности формируемого у студентов профессионального стиля мышления. Возраст испытуемых: 18–22 года. Половой состав: 61 девушка и 39 юношей.

Для выявления психологических особенностей, которые могут обуславливать уровень суеверности молодежи или зависеть от него, был подобран пакет методик:

– «Структура индивидуальной религиозности» Ю.В. Щербатых;

– «Шкала религиозной ориентации» Г. Олпорта, Д. Росса (в русскоязычной адаптации Д.М. Чумаковой);

– «Копинг-тест» Р. Лазаруса (в русскоязычной адаптации Т.Л. Крюковой, Е.В. Куфтяк, М.С. Замышляевой);

– «Логичность умозаключений» (А.В. Батаршев);

– «Шкала личностной и ситуативной тревожности» Ч.Д. Спилбергера, Ю.Л. Ханина.

Была разработана анкета, в которой учитывалось: понимание понятия «суеверие», определение своей суеверности, отношение к суевериям и использование их в повседневной жизни. На основе полученных анкетных данных испытуемые были разделены на 3 группы:

– 1-я группа: высокий уровень суеверности и частое обращение к суевериям (40 человек: 27 девушек и 13 юношей).

– 2-я группа: средний уровень суеверности — испытуемые признают существование суеверий и верят в то, что они сбываются, однако не относят себя к числу суеверных (35 человек: 18 девушек и 17 юношей).

– 3-я группа: низкий уровень суеверности — испытуемые не верят в суеверия, не признают их существования, не относят себя к числу суеверных (25 человек: 16 девушек и 9 юношей).

Результаты

Рассмотрим полученные в ходе исследования результаты.

Значимость среднегрупповых показателей в попарном сравнении групп
 с разным уровнем суеверности по шкалам методик

Шкала

Высокий уровень
суеверности

Низкий уровень
суеверности

Средний уровень
суеверности

Высокий уровень
суеверности

Низкий уровень
суеверности

Средний уровень
 суеверности

«Копинг-тест» Р. Лазаруса

Конфронтационный копинг

9

8

8

Дистанцирование

8

8

7

Самоконтроль

12

12

12

Поиск социальной поддержки

11**

9

8

Принятие ответственности

8

7

7

Бегство–избегание

13**

10**

10

Планирование решения
проблемы

11

11

11

Положительная переоценка

11

13

11

«Структура индивидуальной религиозности» Ю.В. Щербатых

Отношение к философии

5

5

4

Отношение к магии

4**

2**

2

Поиск поддержки и утешения

5**

3**

2

Интерес к загадочным явлениям

5**

3**

2*

Вера в творца

4**

2**

2

Религиозное самосознание

5*

3**

3

Образец моральных норм

6**

4*

3

Внешняя религиозность

5**

3**

2*

«Шкала религиозной ориентации» Г. Олпорта, Д. Росса

Уровень общей религиозности

44**

39**

38

«Шкала личностной и ситуативной тревожности» Ч.Д. Спилбергера, Ю.Л. Ханина

Уровень личностной
тревожности

54**

39**

49**

«Логичность умозаключений»

Логичность умозаключений

2

2

3

Примечание: * — различие значимо на уровне p ≤ 0,05; ** — различие значимо на уровне p ≤ 0,01

Проверялось предположение о суевериях как реализации склонности личности к определенным стратегиям эмоциональной саморегуляции (методика «Копинг-тест» Р. Лазаруса). Получены значимые различия в группах с высоким и низким уровнем суеверности по шкале Поиск социальной поддержки (t = 3,91; p ≤ 0,01) и по шкале Бегство–избегание (t = 2,82; p ≤ 0,01). Значимы различия и у испытуемых с высоким и средним уровнем суеверности по шкале Бегство–избегание (t = 2,81; p ≤ 0,01). В группах с более высоким уровнем суеверности эти показатели были выше. Таким образом, чем большую выраженность имеют копинги Бегство–избегание и Стремление к социальной поддержке, тем выше уровень суеверности.

Значимы различия и по шкале Поиск поддержки— применение религии для утешения и обретения поддержки: между выборками с высоким и низким уровнем суеверности (t = 5,43; p ≤ 0,01); между выборками с высоким и средним уровнем суеверности (t = 4,32; p ≤ 0,01). Этот показатель существенно выше у испытуемых с более высоким уровнем суеверности.

Значимыми являются различия в Интересе к загадочным явлениям. По этой шкале большие значения у испытуемых с высокой суеверностью, низкие— у испытуемых со средним уровнем суеверности, не проявляют интереса в группе с низкой суеверностью. Различия достоверны: между группами с высоким и низким уровнем суеверности (t = 6,11; p ≤ 0,01); между группами с высоким и средним уровнем суеверности (t = 3,21; p ≤ 0,01); между средним и низким уровнем суеверности (t = 2,32; p ≤ 0,05). Аналогичны данные по шкале внешней религиозности (она тем выше, чем выше уровень суеверности): значимы различия между группами с высоким и низким уровнем суеверности (t = 6,23; p ≤ 0,01); высоким и средним уровнем суеверности (t = 3,9; p ≤ 0,01); средним и низким уровнем суеверности (t = 2,21; p ≤ 0,05).

Значимы различия по шкале Вера в творца (признание существования высших сил) между группами с высоким и низким уровнем суеверности (t = 5,4; p ≤ 0,01); группами с высоким и средним уровнем суеверности (t = 4; p ≤ 0,01). Вера в творца выражена у лиц с высоким уровнем суеверности.

С целью определения выраженности разных содержательных аспектов представлений и верований, связанных с суевериями, использовалась методика «Структура индивидуальной религиозности» Ю.В. Щербатых. По полученным результатам группы с разным уровнем суеверности различались по шкале Отношение к магии — т.е. вере в потусторонние силы, гадания и другую магическую атрибутику. Значения по этой шкале выше в группе с высоким уровнем суеверности и отрицательны в других группах испытуемых: достоверно различие между группами с высоким и низким уровнем суеверности (t = 3,41; p ≤ 0,01); между группами с высоким и средним уровнем суеверности (t = 3,52; p ≤ 0,01). Следовательно, суеверия коррелируют с верой в магию.

Проверялось наличие связи суеверности с религиозностью (методика «Шкала религиозной ориентации» Г. Олпорта, Д. Росса). Хотя все группы испытуемых имеют средний показатель общей религиозности, однако в выборках испытуемых со средним и низким уровнем суеверности наблюдается тенденция к низкому уровню религиозности. Обнаружены значимые различия в уровне общей религиозности в выборках: с высоким и низким уровнем суеверности (t = 3,3; p ≤ 0,01); с высоким и средним уровнем суеверности (t = 3,1; p ≤ 0,01). Таким образом, есть определенная связь между суеверностью и религиозностью.

Для определения возможной роли личностной тревожности в склонности к суевериям использовалась методика «Шкала личностной и ситуативной тревожности» Ч.Д. Спилбергера, Ю.Л. Ханина. Однако более высокие показатели тревожности наблюдались у испытуемых не только с высокой, но и с низкой суеверностью. Различия достоверны: между выборками с высоким и низким уровнем суеверности (t = 2,8; p ≤ 0,01); между выборками с высоким и средним уровнем суеверности (t = 9,8; p ≤ 0,01); между выборками с низким и средним уровнем суеверности (t = 6,9; p ≤ 0,01). Повышенная тревожность у лиц с низким уровнем суеверности может свидетельствовать о том, что полное отрицание суеверий само по себе является защитным механизмом и в этом смысле может рассматриваться как разновидность суеверия.

Для проверки того, не являются ли суеверия следствием «сбоев» рационального мышления, была использована методика «Логичность умозаключений». Значимых различий в выборках получено не было. Однако несколько более низкие показатели логичности умозаключений у испытуемых с более высокой суеверностью свидетельствуют о большей частоте совершаемых логических ошибок, что может быть одной из предпосылок к возникновению суеверности.

Результаты эмпирического исследования свидетельствуют, что испытуемые с более выраженной суеверностью склонны к уклонению от негативных переживаний, к отрицанию проблемы, отвлечению от нее, фантазированию, а также в большей степени стремятся к разрешению проблем за счет привлечения внешних (социальных) ресурсов, поиска информационной, эмоциональной и действенной внешней поддержки. Для них характерны ориентированность на взаимодействие с другими людьми, ожидание внимания, совета, сочувствия, конкретной действенной помощи. С другой стороны, испытуемые с низкой суеверностью, стремясь к самообладанию, по-видимому, преодолевают негативные переживания и тревожность за счет подавления и сдерживания эмоций.

Важно отметить, что высокий уровень суеверности может обуславливаться высоким уровнем личностной тревожности. Вероятно, суеверия в этом случае выполняют защитную функцию. Однако и низкий уровень суеверности, по-видимому, тоже играет роль своего рода защитного механизма. Это видно из того, что испытуемые с низкой суеверностью (как и с высокой) имеют высокий уровень личностной тревожности.

Испытуемые с высоким уровнем суеверности в большей степени интересуются загадочными явлениями, потусторонним и магией. При этом они верят в высшие силы и имеют достаточно высокий уровень религиозности, однако их религиозность носит в большей степени внешний характер, т.е. направлена на соблюдение ритуалов, традиций, обрядов. У них выражена потребность в религиозном веровании, через которую обретается поддержка, уверенность и утешение. Проявление внешней религиозности и соблюдение религиозных обрядов — это определенная внутренняя и внешняя защита.

Мы провели корреляционный анализ показателей отдельно для каждой из трех групп испытуемых.

1

 

Рис.1. Корреляционные связи, полученные по выборке с высоким уровнем суеверности

В группе с высоким уровнем суеверности выявлены значимая взаимосвязь между показателем личностной тревожности и копинг-стратегией Бегство–избегание. Следовательно, чем выше уровень тревожности, тем более выражен копинг Бегство–избегание. Выявлена значимая связь и между Личностной тревожностью и представлением–верованием Отношение к магии. Это свидетельствует о том, что чем выше Личностная тревожность, тем выше вера в потусторонние силы, гадания и другую магическую атрибутику, и наоборот.

В группе со средним уровнем суеверности, как и в группе с высоким уровнем суеверности, выявлены значимые связи между Личностной тревожностью и копингом Бегство–избегание, также между Личностной тревожностью и представлением–верованием Отношение к магии. Это указывает на то, что чем выше Личностная тревожность, тем более выражены Бегство–избегание и Отношение к магии, и наоборот. Получена прямая значимая связь и между Общей религиозностью и Логичностью умозаключений, что указывает на то, что чем выше уровень религиозности, тем выше уровень логичности и наоборот, чем ниже уровень религиозности, тем ниже уровень логичности. Значимы также показатели связи Логичности умозаключений и Бегством–избеганием. Это свидетельствует на том, что чем выше степень Логичности умозаключений, тем в большей степени выражено преодоление личностью негативных переживаний в связи с трудностями: за счет реагирования по типу уклонения — отрицание проблемы, фантазирование, неоправданные ожидания, отвлечение и т.п.

В группе с низким уровнем суеверности (рис. 3) выявлены значимые связи между Личностной тревожностью и Поиском утешения и поддержки, а также между Личностной тревожностью, Внешней религиозностью и Отношением к магии. Полученные результаты свидетельствуют, что чем выше личностная тревожность, тем более выражено отношение к религии как к поиску поддержки и утешения, тем чаще соблюдаются внешние атрибуты в религии (обряды, традиции) и сильнее вера в потусторонние силы, гадания и другую магическую атрибутику. Значима связь и между Общей религиозностью и Поиском утешения и поддержки, Общей религиозностью и Отношением к магии, Общей религиозностью и Внешней религиозностью.

2

Рис. 2. Корреляционные связи, полученные по выбороке со средним уровнем суеверности

По результатам корреляционного анализа мы предположили, что в группах с разным уровнем суеверности имеются отличия в механизмах обеспечения отношения к суевериям.

Так, в группе с высоким уровнем суеверности высокая степень личностной тревожности порождает такую же степень суеверности. При этом в отличие от групп с низким и средним уровнем суеверности у суеверных с высоким уровнем логика не связана с суеверностью. Следовательно, можно предположить, что суеверия в данной группе выступают как формы взаимодействия с реальностью, не требующие логических подтверждений.

В группе со средним уровнем суеверности тоже личностная тревожность способствует суеверности. Однако помимо личностной тревожности появляется еще один механизм обеспечения отношения к суевериям — логика. То есть добавляется еще рациональный компонент.

В группе с низким уровнем суеверности высокая степень личностной тревожности (как и в группе с высоким уровнем суеверности). Можно предположить, что логика в данном случае выступает как главный механизм обеспечения отношения к суевериям, т.е. актуализируется рационально-логическая сторона, которая служит также защитным механизмом, регулирующим повышенную личностную тревожность (которая может обуславливать и религиозность, и суеверность).

Таким образом, мы предполагаем, что в группах с разным уровнем суеверности различны механизмы, ее обуславливающие. Так, в группе с высокой степенью суеверности отношение к суевериям основано на вере (т.е. просто на принятии суеверий). В группе с низким уровнем суеверности отношение к суевериям определяется рациональной стороной сознания человека. В группе со средним уровнем суеверности выявлена балансировка между рациональным компонентом и компонентом веры.

3

Рис.3. Корреляционные связи, полученные по выбороке с низким уровнем суеверности

Список литературы

  1. Даль В.И. О повериях, суевериях и предрассудках русского народа. СПб.: Литера, 1994. 112 с.
  2. Саенко Ю.В. Психологические аспекты изучения суеверий // Вопросы психологии. 2006. № 6. С. 85–96.
  3. Стефаненко Т.Г. Этнопсихология. М.: Аспект Пресс, 2003. 368 с.
  4. Bleak J.L., Frederick C.M. Superstitious behavior insport: Levels of effectiveness and determinats of use in three collegiats // Journal of sport behavior. 1998. № 21. P. 1–15.

Получено 16.03.2016

Просьба ссылаться на эту статью в русскоязычных источниках следующим образом:

Андрюшкова Н.П. Психологические факторы суеверности у молодежи // Вестник Пермского университета. Философия. Психология. Социология. 2016. Вып. 3(27). С. 107–114. doi: 10.17072/2078-7898/2016-3-107-114